Элизабет Олсен выбирает не платье, а мужа на вечность. И оба варианта — идеальны.
Что, если главный романтический выбор в жизни ждет тебя не на свидании, а на станции между жизнью и смертью? Именно такую мучительную дилемму должна решить героиня нового фильма A24 «Вечность». Джоан (Элизабет Олсен), скончавшаяся от рака после 65 лет брака, в молодом облике просыпается в поезде, который прибывает на вокзал загробного мира. Здесь нет ни рая, ни ада в привычном смысле, зато есть рекламные стенды, зазывающие в «Мир без мужчин», «Мир естества» (где все ходят голые), «Мир марксизма» и другие чудесные измерения. Каждому дается семь дней, чтобы выбрать свою вечность. Проблема в том, что Джоан ждут там сразу двое любящих красавцев: ее верный, ворчливый второй муж Ларри (Майлз Теллер), подавившийся кренделем на гендер-пати внучки, и ее первый, погибший на войне муж Люк (Каллум Тернер), который 67 лет работал в перевалочном пункте барменом, лишь бы ее дождаться. Загробный мир превращается в поле боя двух прекрасных, но абсолютно разных любовных историй, где Джоан предстоит понять, с кем ей провести свою идеальную вечность.
Фильм снял ирландец Дэвид Фрейн («Свидание с Эмбер») по сюжету Пэта Куннана, попавшего в «Черный список лучших сценариев». Премьера состоялась на фестивале в Торонто, и это один из тех интересных ромкомов, которые продолжают тренд на гибрид романтической истории и фантастической предпосылки. Например, драма «Саван», где персонаж Венсана Касселя выбирает между сестрой-близняшкой, искусственным интеллектом и новой слепой подругой, параллельно следя за разложением трупа умершей жены в футуристичном технологичном саване. Или «Только ты» с Имоджен Путс, где алгоритм подбирает ее героине идеально подходящего мужчину, которому она изменяет с лучшим другом. «Вечность» встраивается в этот ряд фильмов с любовными треугольниками и задается экзистенциальным вопросом: что есть любовь — страстная вспышка, так и не угасшая из-за трагедии, или тихая, нажитая десятилетиями привычка? Фильм умело играет с нашим восприятием: сначала Ларри кажется занудой на фоне романтичного Люка, но постепенно оба образа усложняются, обретая трещины и демонстрируя достоинства.
Перевалочный пункт с его бруталистской архитектурой, холщовыми фонами и тоскливой красотой отеля середины века — своего рода чистилище, напоминающее вечный офис. Олсен добавляет в эту одинокую, искусственную обстановку живую эмоциональность. Актриса виртуозно передает панику, растерянность и глубокую грусть женщины, которая всю жизнь угождала другим и наконец должна сделать выбор самостоятельно. Теллер делает своего Ларри забавным и трогательным брюзгой, а Тернер наделяет «идеального» Люка тоской и ревностью. Но звезда здесь — Да’Вин Джой Рэндольф в роли загробного координатора Анны. Ее ироничная интонация, мудрость и некоторое безразличие, свойственное работникам любой бюрократической системы, становятся моральным компасом всей истории. Однако в погоне за изящной метафорой фильм иногда теряет глубину или слишком прямолинейно проговаривает все основные идеи.
Тем не менее «Вечность» — это не пустой банальный ромком, а фильм, который поднимает философские вопросы о природе любви, неразрывно связанной с темами выбора, счастья и сожаления. «Вечность» — это очаровательный, стильный и очень человечный фильм, который не совершает революцию в жанре, но блестяще исполняет свою главную задачу: заставляет задуматься, с кем и ради чего мы строим свою жизнь здесь и сейчас, пока не оказались на вокзале с билетом в один конец.
Ольга Корф
Источник: www.kinoafisha.info
